🌭 Тихая -> Шептун: говорит хриплым шёпотом, не пишет (заказ @eyedshovel)

Голос сел до шелеста (не пропал), реплики переведены в шёпот-диалог. Правки в главе 2 + LORE.

Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <[email protected]>

2 files changed, 12 insertions, 12 deletions

diff --git a/LORE.md b/LORE.md
index 2698340..8fb3702 100644
--- a/LORE.md
+++ b/LORE.md
@@ -75,7 +75,8 @@
 - **Казимир Продув** — протагонист. Дерьмак. Седой раньше срока, шрам через бровь, ящер по кличке **Гнус**.
   Кодекс: контракт исполняет, но выбирает, кого считать тварью. Прошлое связано с Прорывом Очка (раскрыть позже).
 - **Фактор Салом** — староста Промежности, заказчик Книги 1. Прячет, что беда — его рук дело.
-- **Тихая** — вздошница из Промежности, ранняя стадия мутации (голос уходит первым — оттого и прозвище).
+- **Шептун** — вздошница из Промежности, ранняя стадия мутации; голос сел до сухого шёпота (оттого и
+  прозвище). Женщина, но кличка мужского рода — в секторе на это плевать.
   Знает отвалы и гнездо, потому что вздох тянет её туда, к своим будущим. Честнее всех в посёлке.
   Проводник Казимира в гнездо — за дозу чистого вздоха. Ходячий моральный вопрос: милость это или
   использование, и кого она ведёт ловца убивать.
diff --git a/kniga-1/glava-02.md b/kniga-1/glava-02.md
index 79c9f11..d317fb6 100644
--- a/kniga-1/glava-02.md
+++ b/kniga-1/glava-02.md
@@ -1,4 +1,4 @@
-## Глава 2. Тихая
+## Глава 2. Шептун
 
 В гнездо без проводника не лезут. Это Казимир усвоил ещё в оральную эпоху, когда гильдия была
 жива и хоронила молодых пачками: карту отвалов метан меняет каждую неделю, а тот, кто ходил по
@@ -12,8 +12,7 @@
 
 — Тебя как звать, — сказал он.
 
-Она открыла рот, и вышел не голос, а сип. Показала пальцами: тихо. Голос ушёл первым — он всегда
-уходит первым. В посёлке её так и звали: Тихая.
+Она открыла рот, и вышел не голос — сухой, рвущийся шёпот, едва слышный, будто шелест песка о песок. Голос уходит первым — он всегда уходит первым; у неё остался один этот шелест, и на каждое слово нужен был отдельный вдох. В посёлке её так и звали: Шептун. Что кличка мужского рода, а она женщина, — тут никого не смущало: в секторе на такое давно плевать.
 
 — Понятно. — Он присел рядом, чтоб не смотреть сверху. — Салом сказал, ты знаешь дорогу в отвалы.
 
@@ -21,7 +20,7 @@
 Цена. Она вела не за монету. За монету в Промежности уже не купишь того, что ей нужно.
 
 Казимир достал плоскую склянку. Внутри дрожала капля — густая, серо-перламутровая, тяжёлая, как
-ртуть. Чистый вздох, основа его эликсиров, законный для гильдии и петля для всех прочих. Тихая
+ртуть. Чистый вздох, основа его эликсиров, законный для гильдии и петля для всех прочих. Шептун
 потянулась к склянке всем телом, и кольца на шее сжались голодно.
 
 Он не отдал сразу.
@@ -32,11 +31,11 @@
 
 Она посмотрела на него, и в глазах — ещё вполне человеческих, серых, усталых — не было ни обиды,
 ни страха. Было то, что бывает у людей, которые давно всё про себя поняли и перестали спорить.
-Она взяла со стены обломок угля и написала на доске конюшни, медленно, крупно:
+Она наклонилась ближе и заговорила — тем самым шёпотом, роняя по слову, с отдельным вдохом на каждое:
 
-*ЧИСТЫЙ НЕ УБИВАЕТ. ПАЛЁНЫЙ УБИВАЕТ. Я БЕРУ У ТЕБЯ ЧИСТЫЙ. ЗНАЧИТ ТЫ ДОБРЕЕ БАРОНА.*
+*— Чистый не убивает. Палёный убивает. Я беру у тебя чистый — значит, ты добрее барона.*
 
-Казимир прочёл дважды. Логика была безупречной и оттого мерзкой. Он и вправду был добрее барона,
+Казимир не ответил сразу. Логика была безупречной и оттого мерзкой. Он и вправду был добрее барона,
 что резал уличную смолу мелом и трупным ядом и хоронил Промежность по вздошнику в неделю. Он давал
 ей чистое. Он продлевал ей и жизнь, и мутацию одновременно — одним и тем же жестом. Всякая милость
 в Анатомике была такой: спасала от быстрой смерти в пользу медленной, и называла это добротой.
@@ -47,9 +46,9 @@
 Гигиеной. Сделали газ, обкурили им полсектора, а после запретили дышать чисто и вписали себе в
 заслугу заботу о лёгких.
 
-Тихая застучала углём — резко, требовательно. Написала:
+Шептун качнула головой и прошелестела — резче прежнего, будто на это ушёл весь остаток голоса:
 
-*НЕ ЛЕЧИ МЕНЯ РЕЧЬЮ. ЛЕЧИ СКЛЯНКОЙ. ИЛИ ИДИ В ГНЕЗДО САМ И СДОХНИ БЕЗ КАРТЫ.*
+*— Не лечи меня речью. Лечи склянкой. Или иди в гнездо сам и сдохни без карты.*
 
 Справедливо. Он отдал склянку.
 
@@ -65,8 +64,8 @@
 Он думал о том, что ведёт его туда наркоманка, которую вздох превращает в то, что он нанят убивать.
 Что убьёт он, скорее всего, таких же, как она, — только на пару лет дальше по дороге. Что фактор
 Салом греет посёлок скважиной, барон травит его палёным вздохом, министерство сделало и газ, и
-запрет, а виноватой все назовут вот эту молчащую женщину, которая единственная в Промежности не
-соврала ему ни разу.
+запрет, а виноватой все назовут вот эту женщину, у которой от голоса остался один шёпот, — и которая
+единственная в Промежности не соврала ему ни разу.
 
 Тварей в секторе Анатомика хватало. Просто почти ни одна из них не была той, за чью голову платят.