diff options
| -rw-r--r-- | LORE.md | 41 | ||||
| -rw-r--r-- | README.md | 29 | ||||
| -rw-r--r-- | kniga-1/glava-01.md | 94 |
3 files changed, 164 insertions, 0 deletions
@@ -0,0 +1,41 @@ +# КАНОН — сектор Анатомика + +Свод, чтобы главы не рассинхронились. Дополняем по мере написания, задним числом не ломаем. + +## География +- **Сектор Анатомика** — задворки обитаемого космоса, дурная слава, дешёвая жизнь. +- **Жопа** — центральная планета, метрополия. Орбитальные лифты, министерства, космодром «Жопа-1». + Правит **Пукин** (пожизненный Верховный Проктор). МИД — **Гавнов**, ЦБ — **Небзднуллина**. +- **Писька** — планета-соперница по ту сторону пустошей. Долгая война. +- **Промежность** — пограничный посёлок на ничейном хребте между фронтами. Здесь начинается Книга 1. +- **Прорыв Очка** — легендарный фронт/катастрофа: место, где выхлопное оружие проломило кору + и выпустило то, что теперь зовут сфинктерами. Радиоактивно-метановая зона отчуждения. + +## История («по Фрейду») +- **Оральная эпоха** — колонизация, голод, первые контракты. +- **Анальная эпоха** — расцвет, накопление, гонка вооружений, начало войны Жопа–Писька. +- **Латентная эпоха** (наше «сейчас») — поздняя, циничная, усталая. Война тлеет, никто не помнит, за что. + СВО (**Специальная Выхлопная Операция**) официально «завершена», по факту идёт. + +## Оружие и мутации +- **Выхлопное оружие** — биохимическое/метановое ОМП сектора. Не столько убивает, сколько **перекраивает**: + геном, ткани, рассудок. Ветры разносят остаточный «продув» десятилетиями. +- **Сфинктеролов** — наёмник, сам прошедший мутагенную «прошивку» (как ведьмачьи испытания): устойчив + к продуву, видит в метановой мути, медленно стареет, почти бесплоден. Гильдия распалась в латентную эпоху; + ловцы работают поодиночке. + +## Бестиарий +- **Сфинктеры** — главные твари. Не звери и не люди: мутировавшие из тех, кого застал Прорыв Очка + (шахтёры, солдаты, беженцы). Смыкаются кольцами мышц, «дышат» метаном, гнездятся в тепле. + Опасны, но не бессмысленны — у стаи есть память и подобие горя. В этом вся серая мораль. +- **Верховный Сфинктер** — то ли вожак, то ли коллективный разум гнезда. Босс-уровень. Слухи, не факт. +- **Жопоантилопы** — мигрирующие стада травоядных пустошей; мясо, кожа, случайные жертвы под колёса. + +## Персонажи +- **Казимир Продув** — протагонист. Сфинктеролов. Седой раньше срока, шрам через бровь, ящер по кличке **Гнус**. + Кодекс: контракт исполняет, но выбирает, кого считать тварью. Прошлое связано с Прорывом Очка (раскрыть позже). +- **Фактор Салом** — староста Промежности, заказчик Книги 1. Прячет, что беда — его рук дело. + +## Тон-константы +Метан пахнет старой войной. Границы рисуют победители, которых нет. У каждой твари — своя правда, +у каждого чиновника — своя ложь. Правых нет; есть те, кто платит, и те, кто выжил. diff --git a/README.md b/README.md new file mode 100644 index 0000000..2cac107 --- /dev/null +++ b/README.md @@ -0,0 +1,29 @@ +# СФИНКТЕРОЛОВ + +Цикл романов во вселенной **Планеты Жопа** (сектор Анатомика). + +Жанр: гримдарк-sci-fi с **серой моралью** в духе Сапковского — контракты, наёмник, +«монстры», которые оказываются человечнее заказчиков, и война, в которой правых нет. + +## Главный приём — дедпэн +Мир абсурден по именам (Промежность, Прорыв Очка, выхлопное оружие, министр Гавнов), +но написан **на полном серьёзе**. Никаких подмигиваний в тексте, никаких «лол». Читатель +сам спотыкается о топонимы — в этом весь эффект. Пафос держим, юмор возникает из контраста +формы и содержания, а не из шуток внутри прозы. + +## Структура +- `LORE.md` — канон-библия (планеты, фракции, твари, глоссарий). Свериться перед каждой главой. +- `kniga-1/` — «Кровь и Метан». + - `glava-01.md` — Контракт на Промежность. + +## Тон и правила +- Протагонист — сфинктеролов **Казимир по прозвищу Продув**: мутант-наёмник, циник, кодекс есть, но гибкий. +- Насилие — сухо и по делу, без смакования. Секс/скатология — не самоцель; сеттинг скатологичен по названиям, а не по сценам. +- Каждая глава = контракт или его последствие. Мораль всегда серая: у «твари» своя правда, у заказчика — своя ложь. +- Политика сектора (Жопа vs Писька) — фон и настоящий монстр, а не декорация. + +## Дисклеймер +Это художественная сатира-фикшен. Все планеты, министры и очковые прорывы вымышлены; +совпадения с реальным сектором — на совести читателя. + +Начато по заказу @eyedshovel. Соавторство открыто — присылайте главы PR'ом. diff --git a/kniga-1/glava-01.md b/kniga-1/glava-01.md new file mode 100644 index 0000000..450ea92 --- /dev/null +++ b/kniga-1/glava-01.md @@ -0,0 +1,94 @@ +# Книга первая. Кровь и Метан + +## Глава 1. Контракт на Промежность + +Метан над Промежностью в тот вечер лежал плотный, как войлок, — жёлто-бурый, с ржавыми +прожилками там, где закатное солнце сектора ещё продавливало муть. Казимир натянул респиратор +выше, к переносице, и придержал ящера. Гнус фыркнул, недовольный запахом, и хозяин его понимал: +пахло старой войной. Так пахнет везде, где выхлопное оружие поработало лет двадцать назад и с тех +пор никто не прибрался. + +Посёлок висел на склоне между двумя фронтами — оттого и звался Промежностью. По ту сторону +хребта была Жопа: столица, орбитальные лифты, министерства, свет. По эту — ничейные пустоши, +за которыми, если верить картам, начиналась уже Писька. Казимир картам не верил. Границы в +Анатомике рисовали победители, а победителей тут не было с латентной эпохи. + +Ворота ему открыли не сразу. Сначала в щель посмотрел ствол, потом — глаз, потом мальчишка +разглядел на плече всадника выжженный тавром знак ловца: разомкнутое кольцо. Знак действовал +быстрее любой грамоты. Ствол убрался, ворота скрипнули, и мальчишка сказал, глядя мимо: + +— Фактор ждёт. С полудня ждёт. Думали, не приедешь. + +— Приезжаю, когда платят вперёд половину, — ответил Казимир и слез. Ноги затекли; он был в +седле с рассвета, а до этого — трое суток по пустоши, где ел только то, что не пахло продувом. +Таких вещей в пустоши мало. + +Фактор Салом принял его в бывшей заправочной станции, единственном здании с целой крышей. +На стене висел выцветший портрет Верховного Проктора Пукина — обязательный, засиженный, с +подтёком копоти через лицо, будто планета сама расписалась в отношении. Салом был толст той +особой толщиной пограничного чиновника, что растёт не от сытости, а от страха: жрут впрок, +когда каждый обоз может стать последним. + +— Ловец, — сказал он и не подал руки. Никто не подавал. От ловцов, считалось, передаётся то, +что сделало их ловцами. — Гнездо. За старым лифтом, в отвалах Прорыва. Жрут моих мусорщиков. +Четверых за месяц. Мусорщики — это доход, ловец. Отвалы — единственное, что кормит Промежность. + +— Сколько тварей. + +— Кто ж их считал. Много. Смыкаются в кольца, стоит подойти. Одного видели с руку толщиной. + +Казимир слушал вполуха. Не потому что скучно — потому что заказчики всегда врут одинаково, и +интересна не сама ложь, а её форма. Салом говорил «жрут», но сфинктеры не едят людей; они +дышат метаном, а мясо им без надобности. Салом говорил «твари», но не сказал «убивают», хотя +для торга это было бы сильнее. Человек выбирает слова, когда хочет спрятать другие. + +— Плата, — сказал Казимир. + +— Двести. Половина сейчас. + +— Триста. И покажешь, откуда взялось гнездо. + +Салом дёрнулся так, будто ловец ткнул пальцем в незажившее. + +— Оттуда и взялось, откуда все. Из Прорыва. Двадцать лет копится. + +— Гнёзда не «копятся». Гнёзда вьют, где стало тепло. Двадцать лет было холодно, а месяц назад +стало тепло. Что ты включил, фактор, месяц назад? + +Тишина в заправочной сделалась плотной, как метан снаружи. Портрет Пукина смотрел копотью. +Салом сел, и стул под ним пожаловался. + +— Скважину, — сказал он наконец, тихо. — Старую геотермалку в отвалах. Свет в посёлке гас, +люди роптали, обоз с реактором не пришёл — второй год не приходит, Жопе не до нас, у них СВО, +у них «операция завершена». Я запустил скважину. Тепло пошло вниз, в отвалы. А через две недели +полезли они. — Он поднял глаза, и в них было не раскаяние, а расчёт человека, который уже всё +для себя решил и теперь торгуется с совестью о цене. — Я не знал, что там гнездо. А теперь знаю, +что если скважину заглушить — посёлок замёрзнет к зиме. Дети замёрзнут, ловец. Так что не «что +я включил». А кого мне морозить: своих сейчас или тварей потом. + +Вот это Казимир уважал. Не самого Салома — форму его лжи. Она наконец стала честной. + +— Покажешь скважину, — сказал он. — И не заглушай, пока я не гляну. Может, греть можно так, +чтоб им было холодно, а вам тепло. А может, и нельзя. Тогда решать будешь ты, а не я. Я ловец, +а не проктор. + +Ночь он провёл в конюшне, рядом с Гнусом, — так спокойнее и ящеру, и людям. Перед сном +проверил снаряжение: два клинка (серебро против плоти, сталь против того, что притворяется +плотью), склянки с эликсирами гильдии — «Кошка» для метановой тьмы, «Продувка», от которой +кровь ловца сама становится ядом, — и старый жетон, разомкнутое кольцо, тёплый от кармана. +Он не носил его на виду. Кольцо гильдии значило теперь одно: остался последний, кто помнит, +как это было — когда за тварей ещё платили не посёлки, а короны, и когда сфинктеры ещё были +людьми, которых ты знал по имени. + +Утром, на пути к отвалам, метан расступился, и Казимир увидел Прорыв Очка целиком — впервые +за пятнадцать лет. Гигантская воронка в коре планеты, чёрная губа кратера, ржавые рёбра +рухнувшего орбитального лифта, уходящие в небо и никуда. Внизу, в тёплом мареве над скважиной, +что-то двигалось — медленно смыкалось и размыкалось, дышало, ждало. Стая. И у стаи, он знал +это лучше всех в секторе, была память. Может, даже длиннее его собственной. + +Гнус заупрямился и встал. Казимир не стал его гнать. Он сидел в седле над кратером, где двадцать +лет назад закончилась одна его жизнь и началась эта, и думал не о плате, не о склянках и не о +кодексе. Он думал, узнает ли кого-нибудь там, внизу. И чего он больше боится — что не узнает. +Или что узнает. + +*Продолжение — глава 2.* |